Зашнурованные миллионы

О чем мечтают сникерхэды

Екатерина Кулиничева
В конце июля 2019 года на аукционе Sotheby’s была продана пара кроссовок за$437 500. И это похоже на последний бастион на пути от скромной спортивной обуви до предмета абсолютного поклонения. Особое значение в этой истории имеет то, что главные события кроссовочной культуры происходят на вторичном рынке. Как он устроен, откуда такие неправдоподобно огромные цены, какую роль играют торговые онлайн-платформы и есть ли там место для покупателей с более скромными бюджетами, рассказывает Екатерина Кулиничева, автор книги «Кроссовки. Культурная биография спортивной обуви» и телеграм-канала «Чей туфля спортивная».

В июле 2019 года компания Nike в самый последний момент отозвала из продажи кроссовки Air Max 1 специальной расцветки, посвященные Дню независимости США. Причиной стал декоративный элемент на пятке, воспроизводивший так называемый «флаг Бетси Росс»— старый вариант американского флага XVIII века с тринадцатью звездами, образующими круг, один из символов Войны за независимость. Это задумывалось как историческая отсылка, но футболист и общественный деятель Колин Коперник, один из амбассадоров бренда, посчитал, что негоже сегодня напоминать про времена, когда в стране официально существовало рабство. И компания согласилась сего аргументом. В Штатах поэтому поводу развернулась бурная дискуссия (в ней участвовали и сын Дональда Трампа, и обозреватели The New York Times), но мы хотим рассказать не об этом.

Оказалось, что в наше время нельзя просто так взять и не пустить вещь в продажу. Очень быстро эти кроссовки попали на вторичный рынок, туда, где перепродают с наваром, например, на eBay— но из-за скандала и внезапно обретенного статуса «редкости» они стоили уже не$140, как планировалось, а в десятки раз больше.

То, что запрет Nike на продажу спорных кроссовок не сработает, людям с опытом было понятно сразу. Когда с одной стороны есть спрос на редкости, а с другой— готовая к продаже партия обуви, которая уже разъехалась по магазинам, результат может быть один. Бренд способен контролировать только собственных представителей и отчасти своих официальных партнеров. Действительно, известные магазины кроссовок согласились не выставлять отозванную модель— хотя очевидно, что кто-то все же продает их через заднюю дверь. Некоторые продавцы на eBay не выкладывают чеки в открытый доступ, чтобы их не идентифицировали и торговая площадка не имела проблем с брендом. Но они обещают приложить чек к покупке (это один из методов подтверждения подлинности пары и доказательство, что ты не сам сшил ее в гараже и не купил у подпольщиков).

Но контролировать вторичный рынок кроссовок полностью не под силу никому — из-за самой его сути. Фактически это хаотично сложившаяся очень разветвленная экосистема с большим количеством разных участников. Например, известная интернет-платформа StockX, специализирующаяся на ценных кроссовках и других артефактах «уличной моды», ради будущих совместных проектов с Nike согласилась снять объявления о продаже скандальных Air Max «Бетси Росс» (на тот момент цены достигали $2000). Но другие не спешат следовать этой логике — например, eBay, где кроссовки перепродают уже много-много лет. На момент написания статьи на этой площадке было несколько десятков объявлений о продаже упомянутых кроссовок в довольно широком ценовом диапазоне. Есть и пары с биркой «StockX verified», то есть «подлинность пары подтверждена экспертами StockX». Возможно, туда просто переехали пары, которые ранее выставлялись на этой платформе, известной своим сервисом проверки подлинности пар перед завершением сделок. Многие продавцы-одиночки работают на нескольких подобных маркетплейсах сразу или перемещаются с одного на другой.

Также иногда делают и крупные известные магазины или сайты. Это особенность современного интернет-рынка, агенты которого функционируют как пользователи в соцсетях — во многих местах сразу.

Как появился вторичный рынок кроссовок?

Вторичный рынок кроссовок начал складываться еще как минимум в 1980-е, когда появились первые коллекционеры-охотники за редкостями, находившие заветные пары первоначально для себя и иногда перепродававшие их другим. Старые модели кроссовок, которые давно ушли с первичного рынка, стали одной из таких редкостей. Они начали пользоваться популярностью у тех любителей спортивной обуви, кто не хотел быть как все и просто покупать новые хайповые кроссовки. Этому раннему периоду в США отчасти посвящены документальный фильм «Just for kicks» и книга Боббито Гарсиа «Where'd You Get Those?: New York City's Sneaker Culture 1960-1987».

Сегодня это вызывает улыбку, но первоначально охота за винтажом и кроссовками из вторых рук была способом сэкономить — залежавшиеся остатки на складах чаще всего отдавали почти за бесценок, а вот цены на новые кроссовки как раз в 70-е, 80-е начали очень резко расти, чем многие, понятно, были недовольны — как и сейчас многие недовольны ростом цен на вторичном рынке. На него широкая публика долго просто не обращала внимания, считая прибежищем странноватых фриков. А потом обратила — когда подсчитала их обороты.

Еще в 2015 году, по данным Campless (предшественник платформы StockX), прибыль только двух самых крупных продавцов на eBay составляла около $5 000 000. В 2016 году общий объем вторичного рынка кроссовок оценивали уже в миллиард долларов. Издание LA Times по этому поводу заключило, что «многомиллиардный рынок перепродажи кроссовок в наши дни уже в меньшей степени выглядит как хобби и больше напоминает профессиональное занятие». И это исчерпывающее описание той трансформации, которую он пережил, и того удивления, которое по этому поводу испытывает общественность. Большинство заголовков на тему перепродажи кроссовок — это по-прежнему заголовки-сенсации, цель которых — шокировать читателей аномально огромными суммами. Та же компания NPD Group, которая обнародовала цифру в миллиард в 2016, предполагала, что за минувшие пару лет вторичный рынок мог вырасти до трех миллиардов. По оценкам компании Cowen, сегодня только объем североамериканского вторичного рынка — около двух миллиардов долларов, а глобального — около шести миллиардов (или приблизится к этой цифре в ближайшие годы). На ту же цифру указывают и данные StockX. Но достоверно посчитать сложно, поскольку не все продажи и финансовые показатели открытые, а игроков очень много и становится все больше.

Кто работает на вторичном рынке кроссовок?

Во-первых, есть тематические торговые онлайн-площадки, которые специализируются конкретно на кроссовках или спортивной обуви вместе с другими статусными элементами «стритвира»: StockX, Grailed, KLEKT и другие. В России хайповые и коллекционные кроссовки продаются, например, на специализированной площадке themarket и в тематических группах ВКонтакте. Давно в игре известные торговые площадки широкого профиля вроде eBay, Amazon, китайского Tmall.

Интернет-платформы, специализированные или широкого профиля, — идеальное место для индивидуальных предпринимателей-ресейлеров. Многие известные сегодня магазины (точнее, их создатели) также начинали, продавая кроссовки на eBay. Например, этот путь прошел сооснователь Sole Supremacy Дерек Лью. Далеко не все ресейлеры — это подростки из анекдотов, которые ночуют и дерутся в очередях перед магазином и покупают заветную пару вскладчину на троих, хотя такой подвид тоже существует. Источники ценного винтажа другие: это дисконты, давно закрывшиеся магазины, барахолки и частные лица. Например, основатель музея кроссовок ShoeZeum Джордан Геллер, из чьей коллекции происходила проданная почти за полмиллиона долларов пара Nike Moon Shoes, несколько лет назад купил кроссовки той же модели у бывшего спортсмена, который в 1972 году получил экспериментальную обувь от бренда для участия в соревнованиях, и потом она много лет лежала у него в подвале (сумма той первой покупки не разглашается). Чуть позже Геллер помог продать на eBay еще одну пару этой модели с аналогичным провенансом. Поскольку рынок дорогих коллекционных кроссовок по сравнению с другим антиквариатом и люксом — молодой, там таких историй пока много.

В интернете процветает и рынок подделок. Объем контрафакта хайповых кроссовок очень большой, а с ростом цен этот пирог становится все более лакомым. Неизвестные азиатские мастера умудряются подделывать и выпускать на рынок даже кроссовки, которых никогда не было в официальном ассортименте брендов, например, они копируют работы известных кастомайзеров. Поэтому специализированные площадки и стремятся сделать своей фишкой уже упоминавшуюся услугу подтверждения подлинности пары — с ростом цен на вторичном рынке она все более актуальна, ведь никто не хочет спустить тысячи долларов в трубу.

Другая важная группа игроков — это специализирующиеся на перепродаже коллекционных кроссовок популярные офлайновые магазины, большинство из которых сегодня также имеют полноценное онлайн-представительство: Flight Club, Rif, Holy Grail, Round Two и другие. Например, Flight Club сейчас — это три «живых» магазина в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе и Майами плюс сайт с международной доставкой. Кто-то продает редкие кроссовки только в состоянии deadstock — то есть совсем неношеные и с родной коробкой. Кто-то имеет дело с разными вариантами. Самые старые из этих проектов возникли в 2000-х, когда кроссовочная культура начала переживать новый бум и превращаться в то, что мы видим сейчас.

Большинство этих проектов с громкими именами — американские, что неудивительно. Американская кроссовочная культура — одна из самых старых в мире и, пожалуй, самая известная широкой публике — так сложилось исторически, в том числе благодаря активным пиар-усилиям самих ее представителей. К тому же английский — ходовой язык всего мира, и у многих этих магазинов давно есть международная доставка. Разобраться с азиатскими платформами обычному человеку, например, из России, как правило, сложнее.

В мире кроссовок есть и аналог арт-дилеров — особая категория ресейлеров, люди, которые помогают богатым клиентам доставать самые-самые редкости. Широко известная звезда этого цеха — двадцатилетний Бенджамин Капелюшник, он же Benjamin Kickz. Парень с Инстаграмом на 880 с хвостиком тысяч подписчиков (по состоянию на июль 2019 года), который начал продавать кроссовки в 15 лет. Он быстро попал в заголовки, заработав свой первый миллион (по собственным словам), и, особенно в ранней юности, очень любил трогательно фотографироваться с дорогими спортивными машинами, массивными цепями и долларами.

Разные сегменты вторичного рынка сегодня потихоньку сращиваются друг с другом. Не только известные офлайн-магазины на деле представляют собой торговую сеть смешанного профиля с интернет-подразделением. Индивидуальные дилеры тоже могут запускать собственные торговые площадки, как это сделал Бенджамин Kickz, создавший интернет-платформу формата marketplace под названием The Sneaker Don. У него на сайте можно найти, например, очень редкие Nike Air Mag «Back To The Future» по очень привлекательной для этих кроссовок цене $12 500.

Благодаря интернет-платформам первичный и вторичный рынок также могут сближаться. Есть такое понятие «sneaker IPOs» — «кроссовочные IPO» — так называют первичную продажу потенциально хайповых вещей по системе аукциона на площадках вроде StockX. Как правило, платформа, прославившаяся как крупный игрок вторичного рынка, получает такие права на эксклюзивных условиях напрямую от бренда. Среди коллекционеров старой школы отношение к этой практике неоднозначное — многие обоснованно говорят, что «кроссовочные IPO» способствуют росту цен в целом. Но игроки вроде StockX не скрывают, что заинтересованы в расширении такого сотрудничества с брендами. Да и сами бренды давно смотрели на вторичный рынок с аппетитом, считая в уме упускаемую прибыль. Поэтому подобных примеров будет, вероятно, все больше

Почему все идут в интернет?

Сегодня часто можно услышать, что любые кроссовки доступны в пару кликов мыши. Это, конечно, преувеличение — первичные локальные рынки (то есть те, где товар впервые появляется в продаже) и сегодня, несмотря на глобализацию, по ассортименту могут очень сильно различаться. Однако интернет действительно помог коллекционерам спортивной обуви осознать себя как сообщество, представители которого есть по всему миру. Он же существенно облегчил доступ к данным о новых товарах и обмен информацией между фанатами кроссовок, позволил покупать за рубежом. Он же дал продавцам доступ к базе цен, что в целом способствовало росту последних. В ситуации, когда любой человек мог проверить на eBay, во сколько в среднем оценивают его товар и какой на него есть спрос, практически исчезли маленькие богом забытые магазины, где редкие и ценные кроссовки могли лежать по себестоимости или даже на распродаже. Это был самый старый, оригинальный вид «поиска граалей» (от «grail hunting», термина из кроссовочной культуры, означающего азартный поиск наиболее желанных артефактов в коллекцию) и важный источник для игроков вторичного рынка, но интернет его практически прикончил.

Специализированные тематические торговые биржи и платформы, которые перевели на более индустриальный уровень то, что раньше было бизнесом одиночек, за эти годы превратились в серьезных игроков и желанных бизнес-союзников. В привлекательный, но по-прежнему малопонятный широкой публике мир кроссовок большие компании теперь предпочитают не лезть с нуля, а купить проверенные площадки. Не так давно крупный онлайн-ретейлер Farfetch купил платформу Stadium Goods за $250 000 000. Кроме того, именно к таким игрокам часто идут с партнерством традиционные аукционы предметов искусства и роскоши. Еще в 2017 году так сделал аукционный дом Heritage Auctions из Лос-Анджелеса, продавший небольшую коллекцию кроссовок (около 25 пар) вместе со StockX.

В этом году точно так же поступил Sotheby's, один из старейших аукционных домов мира, который специализируется на искусстве, предметах роскоши и недвижимости класса люкс. Аукцион, где была зафиксирована упомянутая в самом начале рекордная сделка почти в полмиллиона долларов, проводился вместе с онлайн-платформой Stadium Goods, для которой коллекционные кроссовки — это специализация. Этот аукцион исторический — он первый в истории Sotheby's и других аукционных домов подобного статуса, на котором кроссовки продавали не как личное имущество какой-нибудь знаменитости (такие примеры были и раньше), а как пример выдающегося дизайна, выдающейся работы креативной и технической мысли — как продают мебель, ювелирные украшения, коллекционные часы и сумки. Это по-настоящему революционный переворот системы оценивания кроссовок. Еще совсем недавно за пределами субкультуры коллекционеров смотреть на них таким образом было не принято, особенно у консервативных организаций, работающих с миром традиционных предметов роскоши. Кстати, этот аукцион проходил только в онлайн-формате — по мнению Sotheby's, так было проще достучаться до нужной аудитории, которую аукционный дом описывает как «глобальную» и состоящую из «урожденных пользователей диджитал».

Большие игроки арт- и антикварного рынка долго присматривались к кроссовкам. Но уже несколько лет назад было понятно, что однажды они сдадутся. Еще в прошлом году аукционный дом Phillips устроил выставку кроссовок «Tongue + Chic. Sneakers X Artists», где выставил редкие кроссовки, большая часть которых была выпущена в единственном экземпляре вместе с кем-то из деятелей искусств. Это был очень традиционный, даже архаичный подход к теме коллекционных кроссовок, но первые ласточки часто бывают такими. Учитывая успех аукциона Sotheby's (все лоты были проданы с заметным превышением эстимейта), эти мероприятия явно будут не последними.

Каковы самые высокие цены на кроссовки?

До июня нынешнего года самой дорогой из известных публике продаж была подписанная пара кроссовок Converse, которую Майкл Джордан носил в финале олимпийского баскетбольного турнира 1984 года (еще до его контракта с Nike) — $190 373. Эта пара была продана в 2017 году через аукцион SCP auctions, который специализируется на спортивной меморабилии и коллекционных карточках. А попала она туда от бывшего бол-боя — мальчика, когда-то работавшего на том матче и выпросившего у Джордана пару после его окончания.

Еще одна важная цифра — $25 000 за пару Nike Air Mag «Back To The Future» — это самая дорогая продажа 2018 года на платформе StockX. Эти кроссовки — почти точная копия обуви Марти Макфлая из второй части фильма «Назад в будущее», одна из самых больших коллекционных редкостей в своем сегменте. Они никогда не поступали в обычную широкую продажу, а оба существующих тиража суммарно не превышают 1600 штук. Особенно ценится версия 2016 года как более редкая (тираж 89 штук). Но цена на эту модель скачет в очень широком диапазоне. Например, на аукционе 2017 года в Лос-Анджелесе две пары разных размеров из тиража 2016 года продали за $44 000 и $20 625, а пара 2011 года ушла за $8 125.

В целом цены на специализированных биржах кроссовок пока обычно ниже, чем на публичных аукционах широкого профиля. Поэтому многие и опасаются, что, если аукционы, подобные Sotheby's, будут проводиться чаще, это разогреет рынок еще больше — и совсем отсечет от коллекционных редкостей покупателей со средними или небольшими бюджетами. Стартовые ставки у Sotheby's варьировались от $1 800 до $80 000. Девяносто девять пар были проданы единовременно канадскому бизнесмену Майлсу Надалю за $850 000. Он же чуть позже купил за $437 500 и последнюю остававшуюся на торгах пару. Это намного выше, чем сумма предыдущей продажи аналогичной пары: в 2016 году та же модель Nike Waffle Racing Flat «Moon shoe», правда, в более убитом состоянии, была продана на eBay коллекционеру из Малайзии всего за $11 200 (продавцом выступал еще один бывший спортсмен). И что-то подсказывает, что дело не только в состоянии обуви. Просто на кроссовки теперь смотрят по-другому, да и Sotheby's — это не eBay.

Резкий рост цен на коллекционные кроссовки можно объяснить не только хайпом, но и «эффектом низкой стартовой базы» — еще совсем недавно трудно было себе представить, что спортивная обувь будет продаваться на аукционах за такие деньги. Но теперь все иначе — и их покупают уже другие люди с другими целями. Вполне возможно, что для бизнесмена из Канады дорогая покупка была имиджевым вложением — раньше, насколько известно, он не коллекционировал спортивную обувь, но благодаря этому аукциону его имя с гордой приставкой «коллекционер» попало во все мировые СМИ, в том числе те, которые про кроссовки практически не пишут. Чтобы добиться аналогичного эффекта с изобразительным искусством, часами или коллекционными машинами, понадобились бы куда более серьезные вложения, чем потраченные Надалем полтора миллиона долларов.


Почему люди готовы платить за кроссовки такие деньги?

Разберем на примере двух пар из последних громких продаж. Окруженные скандалом Nike Air Max 1, выпущенные в честь американского Дня независимости, первоначально не должны были попасть в сводки дорогих продаж. Это был вполне рядовой тематический релиз с не самым маленьким тиражом — выпускать кроссовки в честь разных праздников — давно уже норма. Достать пару при обычных обстоятельствах было бы, скорее всего, несложно. Например, другой очень интересный релиз Nike — пара Air Force, лимитированная расцветка которой посвящена витражам готических соборов, продавалась только в США, засветилась на всех важных тематических сайтах, но все равно благополучно дожила на официальном американском сайте Nike до 30% распродажи почти во всех размерах. Даже пожар в Соборе Парижской Богоматери никак не сказался на ее судьбе (кроссовки вышли раньше) — любители необычных кроссовок просто никак не связали эти два события, а маркетинг Nike, Колин Коперник или кто-либо другой не стали им помогать. Но благодаря запрету и скандалу модель «эйр максов» в честь Дня независимости приобрела статус особенно желанной редкости — а это самый ходовой товар в самом дорогом сегменте вторичного рынка кроссовок.

В культуре коллекционеров кроссовок для таких вещей есть специальный термин — «грааль». У него сегодня есть два смысла. Первый: то, что очень хочется заполучить лично вам по любым причинам. То есть кроссовки, как у вашего папы в 88 году, тоже могут быть «граалем» — но лично для вас. Второй, более современный, смысл — это редкие кроссовки с коллекционным потенциалом, за которыми гоняется много народу и которые, вероятно, со временем будут расти в цене. Благодаря решению Nike не выпускать на рынок уже готовую партию те «эйр максы» стали таким граалем.

История Nike «Moon shoe» — другая. Это кроссовки ручной работы, которые в 1972 году были сделаны для спортсменов-клиентов Nike к предолимпийскому отбору в США. Всего таких было около 12 пар, и большая их часть, видимо, не дожила до наших дней: достоверно известно о трех или четырех существующих парах, но после рекордной продажи, возможно, всплывут и другие. Они сделаны по экспериментальной на тот момент технологии: их «вафельная» подошва сшита из двух кусков, потому что делать из одного тогда еще не умели. К тому же эта пара продавалась в состоянии «дедсток», хотя она и выглядит так, как положено выглядеть кроссовкам 47 лет от роду. Носить их, конечно, нельзя — это музейный лот для того, чтобы поставить на полку. Но музейный в очень традиционном смысле: старая вещь, ручная работа, штучное производство, всего несколько выживших экземпляров и интересный провенанс.

Откуда в целом берутся самые дорогие редкости? В основном это очень лимитированные релизы, как Nike Air Mag, личная обувь знаменитостей, кроссовки категории «только для игроков или друзей и семьи» (friends-and-family), которые никогда не поступали в открытую продажу, сэмплы — опытные образцы, кроссовки, которые так и не были запущены в массовое производство, а также ценные винтажные пары, которые просто не дожили до нашего времени в большом количестве.

Что вообще ценится на вторичном рынке?

На вторичном рынке в сегменте больших цен есть один король — это Nike и его дочерний бренд Jordan. Например, в списке самых дорогих кроссовок вторичного рынка прошедшей половины 2019 года, составленном изданием Complex и платформой StockX, пять «джорданов», одни Nike и три модели редких Yeezy. Сегодня так выглядит большинство подобных списков, которые становятся достоянием публики.

Но это касается только наиболее дорогого сегмента вторичного рынка — и только тех продаж, которые учитываются на официальных платформах, открывающих свои данные. Безусловно, существуют каноны коллекционирования — то, что считается правильным и престижным собирать. Но даже они на самом деле разные, потому что среди коллекционеров кроссовок очень много разных течений. Не так давно Yahoo Finance совместно с GOAT Group опубликовали любопытную статистику самых популярных моделей вторичного рынка по всем штатам США — и ни один штат не совпал в своих предпочтениях. Среди коллекционеров кроссовок есть ценители хайповых релизов, есть коллекционеры винтажа или конкретных исторических периодов, есть поклонники отдельных брендов, например, «джорданов», adidas или Saucony. Скажем, в России есть активно действующий коллектив коллекционеров Saucony под названием Russian Saucony Team. Понятно, что коллекционер винтажных adidas не будет гоняться за «джорданами» и платить за них тысячи долларов, и наоборот. Большинство менее хайповых направлений коллекционирования — не такие дорогие. Поэтому порог входа в коллекционирование кроссовок по-прежнему остается относительно невысоким. Просто если бюджет ограничен, придется выбирать более специфическую специализацию и забыть про редкие «джорданы» и «изи».

Есть ли там что-то для обычных людей?

На самом деле да. В новости обычно попадают рекордные продажи — но это только вершина айсберга. Как и арт-рынок, вторичный рынок кроссовок состоит не только из ультрадорогого сегмента. На рынке произведений искусства можно сражаться за да Винчи, Пикассо, Моне или Кунса, а можно покупать молодых или забытых художников или, скажем, тиражную графику. То же самое с кроссовками. Интернет-площадки предлагают не только ультрадорогие редкости, но и разные интересные релизы прошлых лет по вполне вменяемым ценам. Такие «обычные» кроссовки далеко не всегда дорожают с годами, часто их продают почти по «себесу» (то есть оригинальной цене ретейла) или даже со скидкой.

Теоретически такие вещи тоже могут быть объектом вложения — но это будет игра очень вдолгую, а потому без гарантированного результата. Обычные не особенно хайповые релизы ресейлеры не скупают подчистую (а значит, их проще достать), их меньше ценят как коллекционный объект и потому чаще носят и снашивают. В то время как хайповые дорогие релизы чаще сразу ставят на полку. Но в дальней перспективе это значит, что хайповых пар на рынке коллекционных товаров будет достаточно и через 10 лет (по крайней мере пар, которые могут снова выйти в продажу). А вот интересных по концепции, но условно «обычных», выход которых не сопровождался ажиотажем, — таких кроссовок не в убитом состоянии и тем более в состоянии «дедсток» лет через 10-15, скорее всего, будет мало — и они станут редкостью. Учитывая, что новые поколения демонстрируют все большую озабоченность поисками аутентичности и «непохожести» (у маркетологов и поколениеведов есть такая теория, хотя она не бесспорна), эта ставка вполне может сыграть.

Каковы перспективы вторичного рынка?

По этому поводу есть разные мнения. Существует «теория пузыря», которая предсказывает дорогим кроссовкам судьбу «тюльпанной мании» в Голландии XVII века, когда цены на модные луковицы сначала резко взлетели, а затем этот рынок драматично рухнул, разорив некоторых игроков. Историки до сих пор спорят, почему это произошло.

Такой сценарий вполне возможен. Но и обратный — что кроссовки просто закрепятся в числе объектов престижного дорогого коллекционирования вместе с часами и машинами — тоже не исключен.

Есть и оптимистичный прогноз, что этот рынок еще будет активно расти. Его придерживаются инвесторы, которые вкладываются в развитие платформ вроде StockX, GOAT и других подобных предприятий. Новости о многомиллионных инвестициях, которые они привлекают, последние пару лет появляются регулярно, а среди инвесторов фигурируют такие известные венчурные компании, как Index Ventures, GV (бывший Google Ventures) и другие. Многократный фигурант «Списка Мидаса» Forbes Дэнни Раймер из Index Ventures в интервью Highsnobiety заявил, что, по его мнению, мы наблюдаем только начало этого феноменального бума вокруг кроссовок.

Кроме того, сама нынешняя система производства и продажи модных кроссовок на самом деле только подпитывают вторичный рынок. Большая часть модных кроссовок для города (то есть тех, которые на самом деле не предназначены для серьезных занятий спортом, а созданы, чтобы делать fashion statement) выпускается лимитированными коллекциями. Их тираж не обязательно будет ограничен 89, 200 или даже 2000 пар, просто расцветка продается один сезон и больше не повторяется. Иногда просто выходят новые варианты обуви, иногда сотрудничество с соавтором коллаборации прекращается, и модель больше не выпускают. Это происходит потому, что спортивные бренды в этом сегменте действуют под влиянием традиций индустрии моды, где каждый сезон надо предлагать что-то новое (даже если изменения чисто косметические). Если человек не купил понравившиеся кроссовки, когда они вышли или на распродаже в том же сезоне, в следующем году в обычных магазинах их уже не найти. Единственный выход — вторичный рынок. Таких не успевших на самом деле бывает довольно много: не было денег, не сразу сообразил, что хочешь, упустил релиз — все это проблемы обычных людей. Вторичный рынок их решает, и пока он это делает, ничего с ним не произойдет.

Читать дальше

Создать монстра

КУСЬ

Рынок памяти

Подпишись, чтобы не пропустить Дроп

🤘
Упс! Что-то пошло не так. Попробуйте еще раз.